Но Верховный суд отменил их действия и обязал выплатить залог. Суждения банка о том, как нужно было перечислять аванс и как считывались платежи, касаются только оценки соблюдения основных обязательств, говорится в сообщении Верховного суда. И из поведения выгодоприобретателя нельзя было сделать однозначный вывод о том, что он лишь хотел неосновательно обогатиться за счет других.
Шесть вопросов по банковской гарантии: обзор практики от ВС
Если вы можете. В обзоре приводится случай, когда банк отказался выплатить гарантию, поскольку, по его мнению, не был определен ее срок. По договору он начал действовать при перечислении аванса в рамках основной сделки - договора поставки. Отказ банка был успешно оспорен. Суды придерживались этой ст. 373 ГК РФ, регулирующая порядок вступления поручительства в силу, является диспозитивной и допускает любой допустимый срок. А по смыслу п. 1 ст. 157, ст. 314 и 368 ГК РФ, можно определить начало поручительства по моменту совершения бенефициаром действий, которые связаны с исполнением основного договора. «Неопределенности в условиях договора нет», — заключил суд.
Да. Сумма считается определенной, если условия гарантии позволяют установить ее на момент исполнения обязательства гарантом. Верховный суд приводит пример гарантийного дела, когда оплата была установлена в пределах цены контракта, присуждаемого на аукционе. Получив такую гарантию, компания приняла участие в аукционе и выиграла, но предоплату не внесла. Клиент запросил гарантию, но получил отказ. В банке пояснили, что сумма не была четко определена, поскольку цена контракта была окончательно известна после аукциона, то есть после выдачи гарантии.
С этим не согласились суды, которые вынудили банк заплатить. По его мнению, в тексте достаточно указать бенефициара и основной бизнес, который в будущем будет закрыт. Когда банк выдавал гарантию, он знал, какова стартовая цена контракта, и осознавал, что она может измениться в результате аукциона, заявили суды.
Как правило, нет. В качестве иллюстрации приводится случай, когда гарантийная выплата была предусмотрена в фиксированном размере, а затем объем и стоимость работ по трудовому договору увеличились. Банк заявил, что это влечет за собой прекращение его обязательств, однако суды с этим не согласились. Они указали, что гарант не может ссылаться на обстоятельства, не указанные в гарантии. Суды также напомнили: обязательство поручителя перед бенефициаром не зависит от основного обязательства, поэтому изменение условий договора ничего не изменило для банка.
В другом случае поручитель обязался уплатить 10% от цены договора поставки. И тогда стороны основного обязательства договорились об увеличении объемов поставок. Но для поручителя ничего не изменилось, он ответил исходя из прежней стоимости, подтвердил суд.
Не можем. Обязательство гаранта не зависит от основного обязательства, даже если на него ссылается сама гарантия. В одном из случаев банк, обеспечивший уплату невозвращенного аванса, утверждал, что первый аванс зачтен в счет оплаты выполненных работ по акту примирения, а второй и третий вообще не предусмотрены договором. Они были перечислены покупателем «на свой страх и риск», поэтому гарантия на них не распространяется. Апелляция и районный суд согласились.
Но Верховный суд отменил их действия и обязал выплатить залог. Суждения банка о том, как нужно было перечислять аванс и как считывались платежи, касаются только оценки соблюдения основных обязательств, говорится в сообщении Верховного суда. И из поведения выгодоприобретателя нельзя было сделать однозначный вывод о том, что он лишь хотел неосновательно обогатиться за счет других.
В другом случае, по словам поручителя, срок возврата аванса вообще не наступил, поскольку бенефициар не уведомил принципала об одностороннем отказе от исполнения основного договора. С этим согласились два экземпляра. Но окружной суд отменил решения в пользу банка. В тексте гарантии ничего не сказано о том, что бенефициар должен доказать расторжение договора. Кроме того, не доказано, что он злоупотреблял законом и пытался обогатиться за счет других. Например, я получил качественный товар вовремя, а после этого стал требовать оплату гарантии.
Да, если на то есть причины. Примером может служить случай с подрядчиком, который не смог выполнить работы на объекте по вине заказчика. Многочисленные предупреждения ни к чему не привели. Подрядчик был вынужден отказаться от муниципального контракта и решил возместить расходы по банковской гарантии. Суды удовлетворили это требование. Они учли, что банковская гарантия является обязательным требованием для победителя торгов. Поскольку затраты превратились в убытки из-за нарушений со стороны клиентов, вам необходимо их компенсировать.
Вы можете взыскать с бенефициара разницу между тем, что вы получаете по независимой гарантии, и фактической суммой обязательств. В качестве примера в обзоре приводится случай с подрядчиком, который выполнил работу хорошо и в срок. Несмотря на это, бенефициар потребовал и получил платеж от банка по гарантии. И банк списал эти деньги с подрядчика без акцепта.
Принципал обратился в суд с иском к бенефициару о взыскании денежных средств, полученных им в нарушение договора. Три инстанции встали на его сторону. Они указали, что документы бенефициара формально в порядке и он может получить гарантию. Но это не значит, что он вправе обогащаться за счет доверителя больше, чем это предусмотрено договором.
Обзор судебной практики по разрешению споров, связанных с применением законодательства о самостоятельных гарантиях. Утвержден Президиумом Верховного суда 5 июня.
Не секрет, что клиенты часто сталкиваются с противодействием контрагентов и банков при попытке реализовать свое право на получение платежа по гарантии. Ниже приведены некоторые методы такой нейтрализации, наиболее распространенные на практике.
Аналитика Публикации
Наиболее распространенным инструментом обеспечения доли клиента по договору строительного подряда является банковская гарантия, позволяющая удовлетворить требования клиента, во-первых, оперативно, а, во-вторых, за счет гарантированного платежеспособного лица. В условиях высокой сложности строительных споров, а также в связи со значительным размером имущественных требований для обеих сторон банковская гарантия как инструмент защиты имущественных интересов клиента имеет неоспоримое преимущество перед другими способами обеспечения обязательств.
На практике этот инструмент чаще всего используется для обеспечения требований заказчика о возврате не оформленного исполнителем аванса, либо об уплате неустойки за неисполнение договорных обязательств. Часто эти виды залога используются вместе.
В договор строительного подряда, как правило, включают положение об уплате штрафа заказчику в случае несоблюдения подрядчиком условий договора, например промежуточных сроков или сроков выполнения работ, условий о качестве работ, обязанности по страхованию объекта строительства и др.
При взыскании штрафа за счет банковской гарантии клиент должен учитывать, что впоследствии суд может уменьшить сумму, уплаченную банком, при рассмотрении спора между клиентом и исполнителем на основании ст. 333 ГК РФ в силу ее несоразмерности последствиям неисполнения гарантированного обязательства. В этом случае после вступления в законную силу судебного акта, смягчившего санкцию, банк или исполнитель (в зависимости от того, возместил ли последний требования банка) вправе требовать от клиента взыскания неосновательного обогащения (1102 ст. Кодекса Гражданского Суда Российской Федерации), что подтверждается судебной практикой (определения Верховного Суда Российской Федерации от 16 марта 2015 г. № 307-ЭС14-7753 по делу № А56-57603/2013, ВАС РФ от 12.04.2013 № ВАС-3443/13 по делу № А65-9696/2012). Таким образом, в случае, если банк покроет сумму неустойки, клиент должен быть готов к тому, что, возможно.
Согласно новой редакции ГК РФ обязательство гаранта перед бенефициаром, предусмотренное самостоятельной гарантией, не зависит в отношениях между ними по основному обязательству, от отношений между принципалом и поручителя, а также по любым другим обязательствам, даже если самостоятельная гарантия содержит ссылки на них (п. 1 ст. 370 ГК РФ). Аналогичное положение было закреплено в предыдущей редакции Гражданского кодекса Российской Федерации.
В действующей редакции ГК РФ самостоятельный характер поручительства подчеркивается в положениях о том, что поручитель не вправе выдвигать возражения, вытекающие из основного обязательства или из иного, ссылаться на неуказанные обстоятельства в гарантии (пункт 2 статьи 370 ГК РФ), предъявить бенефициару в зачет кредит, уступленный гаранту принципалом, если гарантией или соглашением между гарантом и бенефициаром не предусмотрено иное (п. 3 ст. 370 ГК РФ).
Суды неоднократно отмечали самостоятельный характер банковской гарантии в своих позициях (постановления Президиума ВАС РФ от 2 октября 2012 г. № 6040/12 по делу № А40-63658/11-25- 407, ФАС МО от 20.02.2014 по делу № А40-60808/2013, ФАС МО от 24.01.2013 по делу № А40-134479/11-133-1161 и др.).
Между тем в последнее время суды все чаще склоняются к ограничению действия принципа независимости банковской гарантии. В частности, суды руководствуются позицией Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, отраженной в п. 4 Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15 января 1998 г. № 27, согласно которому, при наличии доказательств прекращения основного обязательства в связи с его надлежащим исполнением, о которых бенефициар был осведомлен до предъявления письменного требования гаранту, суд может отказать в удовлетворении требований бенефициара на основании ст. 10 ГК РФ.
В одном из недавних решений Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации подробно аргументировала соотношение принципа независимости банковской гарантии и запрета на злоупотребление правом, указав, что в качестве исключения К общему принципу независимости банковской гарантии сложившейся судебной практикой относится ситуация, при которой недобросовестный бенефициар, уже получивший надлежащее исполнение основного обязательства, в целях собственного неосновательного обогащения, действуя заведомо в ущерб гаранта и принципала, требует оплаты от гаранта. В этом случае требование бенефициара не подлежит удовлетворению на основании ст).
Необходимость обращения внимания на взаимоотношения заказчика и исполнителя при рассмотрении вопроса о взыскании сумм банковской гарантии неоднократно отмечалась в его практике Арбитражным судом Московского округа (ФАС МО от 03.03.2014 № Ф05-17915/2013 в дело № «суды должны были установить факт выполнения предусмотренной трудовым договором работы, сдачи ее заказчику, принятия либо мотивированного отказа заказчика от принятия работы в установленные договором сроки, а также оценить обоснованность отказа субъекта от исполнения договора до истечения срока его действия»); ФАС МО от 09.12.2013 по делу № А40-63311/2012 («вопрос о расторжении договора основного обязательства по спорному договору поставки в части его правильного исполнения судом не исследовался»); ФАС МО от 05.10.2012 в деле № А40-65132/11-42-535 («установление обстоятельств и проверка доказательств, связанных с полным исполнением основного обязательства, уведомлением выгодоприобретателя, имеет существенное значение для правильного разрешения спора»).
Таким образом, несмотря на положения ст. 370 ГК РФ и принцип независимости банковской гарантии, что нашло отражение в судебной практике, клиенты должны учитывать риски, связанные с невозможностью взыскания полной суммы гарантии с гаранта, в том числе из-за расширительного толкования некоторыми судами вышеуказанных положений Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации и Верховного Суда Российской Федерации.
С принципом независимости банковской гарантии тесно связана проблема определения последствий выполнения банком требований клиента. Таким образом, действующие нормативные акты не дают прямого ответа на вопрос о том, вправе ли заказчик требовать от исполнителя уплаты незаработанного аванса, неустойки или иных сумм в случае выполнения банком соответствующих требований по банковскому договору поручительство (для сравнения: положения о поручительстве прямо предусматривают, что права по основному обязательству переходят к поручителю, исполнившему это обязательство (п. 1 ст. 365 ГК РФ) Новая редакция ГК РФ РФ также не дает ответа на этот вопрос.
В связи с этим следует отметить, что, несмотря на отсутствие принадлежности, банковская гарантия является самостоятельным обязательством, но все же гарантией. Этим объясняется, в частности, необходимость указания основного обязательства в гарантии (п. 4 ст. 368 ГК РФ, п. 1 Постановления Пленума ВАС РФ от марта 23, 2012 № 14). Обеспечительная функция банковской гарантии проявляется в том, что денежное обязательство принципала перед бенефициаром исполняется гарантом. В связи с этим гарант, осуществивший платеж, приобретает право требовать от принципала возмещения в размере суммы, уплаченной им бенефициару по банковской гарантии (п. 1 ст).
Что «исполнение гарантом своих обязательств перед бенефициаром аннулирует в соответствующей части право последнего (кредитора) перед должником (принципалом) в силу основного обязательства. Иной вывод (о сохранении основного обязательства в той же форме) допускал бы неосновательное обогащение кредитора и противоречил бы принципу справедливости» (Брагинский М. И., Витрянский В. В., Договорное право. Общие положения (кн. 1) М.: «Устав», 2001).
В то же время следует отметить, что гарант, необоснованно уплативший сумму банковской гарантии бенефициару, как правило, не приобретает прав в отношении принципала, а принципал, следовательно, не имеет обязанности возвратить поручителю сумму, уплаченную бенефициару (п. 2 ст. 379 ГК РФ).
Не секрет, что клиенты часто сталкиваются с противодействием контрагентов и банков при попытке реализовать свое право на получение платежа по гарантии. Ниже приведены некоторые методы такой нейтрализации, наиболее распространенные на практике.
1. Применение мер предосторожности в виде запрета выплаты гарантии. Подрядчик, в контексте спора с заказчиком (это может быть процесс, начавшийся ранее (например, по взысканию незаработанного аванса или санкции от подрядчика), или специально инициированный подрядчиком для запроса мер предосторожности) обращается с ходатайством в суд о принятии обеспечительных мер в виде запрета на осуществление платежей по банковской гарантии (как вариант, о приостановлении действия банковской гарантии) на основании главы 8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации Федерация.
В обоснование своего требования исполнитель, по общему правилу, ссылается на то, что непринятие мер предосторожности может затруднить исполнение судебного акта, принятого в пользу исполнителя, так как в этом случае последний должен взыскать сумму неосновательного обогащения, выплаченного банком во исполнение обязательства по банковской гарантии. Подрядчик также может ссылаться на необходимость избежать для него значительного ущерба, который выражается, например, в том, что гарант по договору о выдаче банковской гарантии имеет право списать денежные средства непосредственно со счета подрядчика в этого банка в случае выполнения банком обязательств по соответствующей гарантии.
Например, по делу № А40-159308/14 суды первой, а затем апелляционной инстанций поддержали доводы исполнителя, отраженные в ходатайстве о принятии обеспечительных мер, о том, что заказчик неоднократно нарушал свои обязательства по основному договору договором подряда предусмотрена судебная санкция взыскания с контрагента, ожидаемый размер ущерба для контрагента значителен, и определено, что запрет на осуществление расчетов по банковской гарантии приведет к сохранению баланса интересов сторон спора.
Исполнитель может также объявить меры предосторожности в виде запрета на осуществление расчетов с банковской гарантией в рамках спора с банком (например, в случае оспаривания операции по выдаче банковской гарантии).
Так, по делу № А40-18713/31-13-192 суды первой и второй инстанции признали убедительными доводы контрагента, подавшего иск к банку о прекращении действия банковской гарантии, и заявили о применении обеспечительные меры в виде запрета гаранту исполнять обязательства по выданной гарантии.
В частности, суды учитывали вероятность причинения существенного ущерба контрагенту в случае взыскания с последнего сумм банковской гарантии в апелляционном порядке до вынесения судом решения по делу, в связи с чем обстоятельства уточнены исполнение обязательств по договору строительного подряда, а также угроза затруднения в обращении исполнения решения. Кроме того, суд первой инстанции указал, что принятие заявленных истцом обеспечительных мер никоим образом не повлияет на способность банка оплатить банковскую гарантию в более поздние сроки, поскольку гарант «является крупной, стабильной кредитной организацией и платежеспособной».
2. Приостановление действий в случае взыскания банковской гарантии. Еще одним распространенным способом противодействия клиенту является обращение банка с просьбой о приостановлении процедуры в случае взыскания суммы банковской гарантии до разрешения спора между клиентом и исполнителем (которое также может быть инициировано специально контрагент, не желающий возмещать банку суммы, уплаченные по гарантии) со ссылкой на пп. 1 п.1 ст. 143 РФ от БТР.
По делу № А40-76728/11-58-432 суд приостановил производство по делу до вступления в законную силу судебного акта по делу о взыскании незаработанных авансов и процентов за пользование денежными средствами других лиц на общих основаниях договора подряда, поскольку «в рамках указанных случаев только и при тех же обстоятельствах требования относятся к одним и тем же имущественным правоотношениям».
По делу № А40-153274/13-162-1452 суд приостановил производство по делу «до разрешения спора по делу, в процессе которого решается вопрос о наличии основного обязательства». По делу № А40-185374/14 суд указал, что «обязан приостановить производство по делу в случае невозможности рассмотрения этого дела до разрешения другого дела, рассматриваемого арбитражным судом».
3. Оспаривание банковской гарантии. Еще один достаточно популярный способ противодействия клиенту – оспаривание банковской гарантии. В этой связи следует отметить, что с принятием Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 марта 2012 г. № 14 «О некоторых вопросах практики разрешения споров, связанных с оспариванием гарантий банками ", шансы банков и контрагентов успешно оспорить выданные гарантии значительно снизились. Высший Арбитражный Суд Российской Федерации, в частности, отметил, что отсутствие указания в банковской гарантии всех условий обеспеченного гарантией обязательства не является основанием для ее оспаривания.
Между тем позиция Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации не препятствует использованию данного инструмента исключительно в целях затягивания процесса взыскания суммы банковской гарантии (в том числе с учетом возможности применения обеспечительных мер, описанных выше).
В связи с односторонним и самостоятельным характером гарантийного обязательства требование о признании банковской гарантии недействительной (как вариант - незаключенной), как правило, заявляет банк, являющийся единственной стороной данной сделки (случай № А40-61971/14). В то же время известны случаи, когда контрагент оспаривает банковскую гарантию со ссылкой на ее недействительность и собственную имущественную заинтересованность в качестве принципала (дело № А56-58698/2011, по которому апелляционный суд признал выданную банковскую гарантию первичный) недействителен из-за «отсутствия в нем функции безопасности»).
Перечисленные способы являются наиболее используемыми подрядчиками в строительных спорах, хотя, несомненно, есть и множество других способов контратаки, таких как, например, требование банком уменьшения суммы гарантийных платежей за частичное выполнение своих обязательств контрагента (дело № А40-39488/09-30-430. В данном случае ключевую роль сыграло условие выданной гарантии о том, что сумма гарантии будет автоматически уменьшена на сумму произведенного удержания подрядчик, выгодоприобретатель в счет аванса промежуточных платежей, подлежащих уплате заказчику за выполненные работы на основании актов приема-передачи выполненных работ) и т. д.
Влияние изменений Гражданского кодекса Российской Федерации на эффективность инструмента банковской гарантии
В свете вопроса об эффективности банковских гарантий вносятся изменения в Гражданский кодекс Российской Федерации, внесенные Федеральным законом от 08.03.2015 № 42-ФЗ «О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса Российской Федерации». Российской Федерации» и вступившие в силу с 1 июня 2015 г., заслуживают особого внимания в свете проблемы эффективности банковских гарантий. Помимо расширения круга лиц, имеющих право выступать поручителем подрядчика, новая редакция ГК РФ содержит ряд других положений, способных повысить степень защиты заказчика в строительных спорах в связи с получение компенсации за поручительство.
Как уже было сказано, принцип независимости поручительства получил в законе более подробную расшифровку. Статьей 370 ГК РФ теперь установлено, что обязательство гаранта перед бенефициаром не зависит не только от основного обязательства, по которому оно выдано, но и от отношений между принципалом и гарантом в целом, а также по любому другому обязательству, даже если ссылка сделана в гарантиях. Указанная статья дополнена положением о недопустимости возражений гаранта, не связанных с условиями гарантии (п. 2 ст. 370 ГК РФ) и др.
В законодательстве введен перечень существенных условий независимой гарантии, что должно снизить уровень правовой неопределенности в спорах об оспариваемых гарантиях (п. 4 ст. 368 ГК РФ).
Смягчена формулировка содержания требования бенефициара: теперь бенефициар в иске вместо указания того, в чем заключается «нарушение принципалом основного обязательства», должен указать «обстоятельства, наступление которых влечет за собой платеж в рамках независимой гарантии». (п. 1 ст. 374 ГК РФ). Новая формулировка, на наш взгляд, несколько ослабит позиции поручителя, заявляющего об отсутствии нарушений основного обязательства исполнителем.
Положения об обязательствах гаранта существенно переработаны с учетом требований бенефициара. Теперь у гаранта есть пять дней на рассмотрение претензии бенефициара, если самой гарантией не установлен иной срок. При этом указанный срок ни в коем случае не может превышать 30 дней. До этого поручитель мог рассмотреть претензию в разумный срок (п. 2 ст. 375 ГК РФ). Кроме того, исключается расплывчатая обязанность гаранта проявлять «разумную осмотрительность» при сопоставлении претензии и приложенных к претензии документов с условиями гарантии, а прямо указывается, что прилагаемые документы оцениваются гарантом на основанием из внешних признаков (п. 3 ст. 375 ГК РФ).
Более подробно регламентированы основания и порядок приостановления гарантом платежей по гарантии. Теперь к доводам поручителя о том, что обязательства подрядчика по основному договору были надлежащим образом исполнены и приняты заказчиком, гарантийное обязательство недействительно, документы, представленные заказчиком, недостоверны, обстоятельство, на основании которого была выдана гарантия не возникло, заказчик может сослаться на п. 2 ст. 376 ГК РФ, согласно которой указанные обстоятельства являются основанием только для приостановления платежей на срок, не превышающий семи дней, а не для отказа от исполнения обязательства по независимой гарантии.
Перечисленные новшества, на наш взгляд, позволяют внести определенную корректировку судебной практики, главным образом, в сторону более последовательного использования принципа независимости гарантии и, как следствие, повышения степени защищенности прав и законных интересов конструкции клиенты
- указывает сумму, подлежащую уплате гарантом при предъявлении бенефициаром соответствующего требования;
Разъяснения ВАС РФ по вопросам оспаривания банковских гарантий
Недавно Высший Арбитражный Суд Российской Федерации опубликовал определение по некоторым вопросам практики разрешения споров, связанных с оспариванием банковских гарантий. Легальное определение банковской гарантии содержится в статье 368 Гражданского кодекса Российской Федерации. По банковской гарантии банк, иная кредитная организация или страховая организация (гарант) предоставляет по требованию другого лица (принципала) письменное обязательство уплатить кредитору принципала (бенефициара) первоначальную денежную сумму, предъявившую требование для оплаты.
Однако, несмотря на то, что данный институт урегулирован в законодательстве достаточно подробно, на практике возникает все больше споров о существенных условиях данного обязательства и количестве прав по нему. Постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 марта 2012 г. № 14 направлено на разрешение ряда спорных вопросов в данной сфере, приведение арбитражных судов к определенному единообразию в толковании правил об банковская гарантия.
В частности, правоохранительные органы и коммерческие структуры трактуют порядок определения срока действия банковской гарантии далеко не однозначно. Статья 378 ГК РФ предусматривает, что обязательство гаранта перед бенефициаром по гарантии погашается уплатой бенефициару суммы, на которую выдана гарантия, и по истечении срока, указанного в гарантии, для которого он был выпущен. В соответствии с этим недобросовестные участники гражданско-правовых отношений потенциально имеют возможность не исполнять свои обязательства по договору, ссылаясь на неверное указание условий.
Со своей стороны, Высший Арбитражный Суд Российской Федерации обращает внимание на то, что Гражданский кодекс Российской Федерации не требует, чтобы срок, на который выдается гарантия, был равен или превышал срок исполнения обеспечиваемого обязательства по гарантии. Поэтому правоприменители не вправе оценивать действительность соответствующих сделок исключительно с точки зрения наличия или отсутствия защитного признака. Эта позиция поддерживается и закрепленным в гражданском законодательстве принципом свободы заключения договора. Таким образом, при выдаче и акцепте гарантии гарант и бенефициар действуют по своей воле и в своем интересе, поскольку свободны в установлении своих гражданских прав и обязанностей.
Следовательно, указывает ВАС РФ, банковская гарантия, выданная на срок, меньший, чем срок исполнения обеспечиваемого обязательства, не может быть признана недействительной по указанным выше причинам, поскольку она гарантирует иные обязательства, которые могут возникнуть между принципалом и бенефициаром до наступления срока их погашения гарантированного исполнения основного обязательства. В качестве примера можно привести обязательства, связанные с расторжением договора, которые предполагают появление у кредитора права требования возмещения убытков.
Немало судебных разбирательств и по чисто формальным требованиям по обязательствам кредитных организаций. Например, раньше суды могли признать соответствующую сделку недействительной из-за отсутствия в договоре подписи главного бухгалтера юридического лица, выдавшего банковскую гарантию, а также из-за несоблюдения формы договора. В частности, в случаях выдачи гарантии в виде электронного сообщения. Фактически закон о бухгалтерском учете обязывает главного бухгалтера подписывать все расчетно-денежные документы и документы, устанавливающие финансовые и кредитные обязательства.
С другой стороны, юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительными документами. В свою очередь, главный бухгалтер юридического лица не является органом юридического лица.
Следовательно, отсутствие подписи главного бухгалтера на документах, составляемых юридическим лицом, не свидетельствует об отсутствии воли юридического лица на совершение соответствующей сделки. В связи с изложенным Высший Арбитражный Суд Российской Федерации приходит к выводу, что отсутствие подписи главного бухгалтера учреждения, выдавшего банковскую гарантию, не является основанием для признания оспариваемой гарантии недействительной.
Что касается вопроса о соблюдении формы сделки, то Высший Арбитражный Суд Российской Федерации отмечает, что Гражданский кодекс Российской Федерации не запрещает совершение односторонней сделки путем направления должника к кредитору по обязательству, возникающему от односторонней сделки соответствующий документ по почте, телеграфу, телетайпу, телефону, электронной или иной связи.
При этом основным критерием свойства исполнения обязательства здесь является возможность достоверно установить, что документ исходит от лица, совершившего одностороннюю сделку. При этом даже несоблюдение простой письменной формы банковской гарантии не означает ее недействительности, поскольку заинтересованные лица вправе представить письменные и иные доказательства, подтверждающие сделку и ее условия.
Они также могут быть предъявлены против самого обязательства, гарантированного гарантией. Между тем, согласно закону, обязательство гаранта перед бенефициаром, предусмотренное банковской гарантией, не зависит в отношениях между ними от основного обязательства, во исполнение которого она выдана. Оно не зависит от основного обязательства, даже если гарантия содержит ссылку на это обязательство. В связи с этим Высший Арбитражный Суд Российской Федерации отмечает, что отсутствие указания в банковской гарантии всех условий обязательства, обеспеченного гарантией, не является основанием для ее оспаривания.
В свою очередь, требование закона об указании обязательства, обеспеченного банковской гарантией, должно считаться выполненным, если:
- из содержания гарантии можно установить, кто является должником по гарантированному обязательству;
- указывает сумму, подлежащую уплате гарантом при предъявлении бенефициаром соответствующего требования;
- гарантия содержит ссылку на договор, являющийся основанием обязательств принципала перед бенефициаром, либо указывается характер обязательства, гарантируемого гарантией.
Из условий банковской гарантии также следует, что в требовании бенефициара об уплате денежной суммы по банковской гарантии должно быть указано, в чем заключается нарушение обязательств, допущенное принципалом.
Определение СК по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 21 ноября 2016 г. N 305-ЭС16-10047 Суд отменил принятые судебные акты об отказе в иске по делу о взыскании основного долга по банковской гарантии, поскольку отсутствовали законные основания для освобождения банка от платежей
Резолютивная часть определения была оглашена 14 ноября 2016 года.
Полный текст определения составлен 21 ноября 2016 года.
Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в составе:
Рассмотрел в открытом заседании обращение Управления Федерального казначейства по Республике Мордовия
На определение Арбитражного суда города Москвы от 13 ноября 2015 г. (судья Попова О. Н.), решение Девятого арбитражного апелляционного суда от 16 февраля 2016 г. (судьи Крылова А. Н., Башлакова Е. Ю. - Николаева Е. Ю, Лялина Т. А.) и определением Арбитражного суда Московского округа от 25.04.2016 (судьи Егорова Т. А., Буянова Н. В., Жуков А. В.)
Управление Федерального казначейства по Республике Мордовия - Назарова Н. В. (доверенность от 28 декабря 2015 г);
Публично-акционерное общество «Объединенный Кредит Банк» - Абсалямов А. Ф. (доверенность от 02.03.2016).
Заслушав и обсудив доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Разумова И. В., пояснения представителя Управления Федерального казначейства по Республике Мордовия, поддержавшего доводы апелляционной жалобы, а также представителя В отношении общества публичного анонимного Юнайтед Кредит Банк, ходатайствовавшего об отказе в удовлетворении иска, Судебная коллегия по экономическим спорам при Верховном Суде Российской Федерации установила:
Управление Федерального казначейства по Республике Мордовия (далее — Управление) обратилось в Арбитражный суд с иском к Открытому акционерному обществу «Объединенный кредитный банк» (в настоящее время — публичное акционерное общество, далее — Банк) о взыскании 288 500 рублей основного долга по банковской гарантии от 21.11.2014 N 0012237 и 43 275 рублей неустойки (с учетом разъяснений, принятых судом в соответствии со статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).
Решением Арбитражного суда города Москвы от 13.11.2015 в удовлетворении исковых требований отказано.
Решением Девятого арбитражного апелляционного суда от 16 февраля 2016 года решение суда первой инстанции подтверждено.
Арбитражный суд Московского округа решением от 25 апреля 2016 г оставил в силе решение суда первой инстанции и решение суда апелляционной инстанции.
В кассационной жалобе, поданной в Верховный Суд РФ, администрация просит отменить такие судебные акты.
Определение судьи Верховного Суда Российской Федерации Разумовой Ю. Л от 17.10.2016, апелляционная жалоба передана на рассмотрение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации.
Убедившись в обоснованности изложенных в апелляционной жалобе доводов, пояснений представителей лиц, участвующих в деле, Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации считает, что решение суда первой инстанции, решения апелляционных и окружных судов подлежат отмене по следующим основаниям.
Как установлено судами первой и второй инстанции и усматривается в материалах дела, Общество с ограниченной ответственностью "ЭнергоКредитСервис" (принципал, поставщик) разместило на сайте банковскую гарантию от 21.11.2014 № 0012237, выданную банком (гарантом) для обеспечения надлежащего исполнения поставщиком обязательств, вытекающих из государственного контракта на поставку товаров от 28.11.2014 N 0109100000414000132-0012101-03, заключенного по результатам электронного аукциона.
Банк не отрицает факт выдачи банковской гарантии. Банк публикует информацию об этой гарантии на сайте www. zakupki. gov. ru, что также не оспаривается банком.
По условиям гарантии банк обязался возместить бенефициару убытки, понесенные в связи с неисполнением (ненадлежащим исполнением) принципала обязательств по государственному контракту в пределах 288 500 рублей.
Из условий банковской гарантии также следует, что в требовании бенефициара об уплате денежной суммы по банковской гарантии должно быть указано, в чем заключается нарушение обязательств, допущенное принципалом.
К заявлению необходимо приложить следующие документы:
Платежное поручение, подтверждающее перечисление бенефициаром аванса принципалу (если уплата аванса предусмотрена государственным контрактом, а требование банковской гарантии возникает в связи с ненадлежащим исполнением принципалом обязательства по возврату аванса);
Подтвердить наступление гарантийного случая (в случае предъявления требования по банковской гарантии в связи с ненадлежащим исполнением гарантийных обязательств);
Подтвердить полномочия единоличного исполнительного органа (или иного уполномоченного лица), подписавшего заявление о предоставлении банковской гарантии;
Подтвердить неисполнение (ненадлежащее исполнение) принципалом обязательств по государственному контракту;
Расчет сумм к оплате по банковской гарантии;
Банковская гарантия является безотзывной и вступает в силу с даты выдачи.
Со ссылкой на нарушение принципалом принятых на себя обязательств по договору поставки товаров Бенефициар письмом от 03.02.2015 направил гаранту требование об уплате банковской гарантии на сумму 288 500 рублей.
По результатам рассмотрения претензии банк принял решение об отказе в выплате гарантии. Отказ мотивирован тем, что доверитель не сообщил, какие убытки он понес, не представил документы, подтверждающие размер этих убытков, не приложил к иску оригинал банковской гарантии.
Невыполнение банком обязательств по банковской гарантии в добровольном порядке послужило основанием для обращения администрации в суд.
Отказывая в удовлетворении иска, суды исходили из того, что ведомство, приняв гарантию в обеспечение исполнения своих обязательств по госконтракту, согласилось со всеми условиями этой гарантии, в том числе с условием об уплате иска бенефициаром по Гарантия должна сопровождаться оригинальной гарантией. Руководство приложило к вашему иску только копию бумажной гарантии. Ссылаясь на положения пункта 1 статьи 376 ГК РФ (далее - в редакции, действовавшей на момент выдачи гарантии; далее - ГК РФ), суды освободили банк от уплаты.
Кроме того, суд первой инстанции отметил, что представленные ведомством документы не содержали сведений о факте причинения выгодоприобретателю убытков и размере этих убытков.
Действительно, по смыслу статей 368, 369 и 374 ГК РФ обязанностью гаранта по банковской гарантии является уплата определенной суммы при предъявлении бенефициаром письменного требования об уплате и иных указанных в гарантии документов, которые по своему внешнему виду соответствуют условиям гарантии.
Однако Федеральный закон от 5 апреля 2013 г. N 44-ФЗ "О системе договоров в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд" (далее - Закон № 44-ФЗ) и Постановление Постановление Правительства Российской Федерации от 8 ноября 2013 г. N 1005 "О банковских гарантиях, используемых для целей Федерального закона "О системе договоров в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд" (далее - Постановление N 1005) (далее - Закон N 44-ФЗ и Постановление N 1005 даны в редакции, действовавшей на момент выдачи гарантии).
В соответствии с настоящими правилами банковская гарантия, предоставленная участником контракта в качестве гарантии исполнения контракта, включается в реестр банковских гарантий, публикуемый в единой информационной системе (до ввода такой системы в действие - на официальном сайте Российской Федерации в сети Интернет для размещения информации о размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг (www. zakupki. gov. ru) (далее - официальный сайт) Банк, выдавший банковскую гарантию размещает сведения и документы, указанные в Законе N 44-ФЗ и Постановлении N 1005, в том числе копию банковской гарантии. Указанные сведения и документы подписываются усиленной электронной подписью лица, имеющего право действовать от имени банка (п. 8-11 ст. 45, ст. 4, 5, 112 Закона № 44-ФЗ).
В целях участия в электронном документообороте банки, выдавшие банковские гарантии в соответствии со статьей 45 Закона № 44-ФЗ, подлежали регистрации на официальном сайте. Такая регистрация давала возможность банкам работать на указанной площадке в рамках своих полномочий в сфере контрактации. Уполномоченные банки использовали сертификаты ключей проверки электронной подписи (Приказ Федерального казначейства от 25.03.2014 N 4н).
Закон № 44-ФЗ, вводящий управление электронными документами при проведении электронных аукционов в контрактной системе в сфере государственных закупок, в том числе в вопросе предоставления обеспечения, обязывает клиента принимать к рассмотрению и рассматривать по существу электронные изображения банковские гарантии, выполненные на бумажном носителе, созданные посредством сканирования и подписанные усиленной электронной подписью уполномоченного работника банка (статья 70 Закона N 44-ФЗ, пункты 2-4, 6, 9 и 11 Порядка формирования сведения и документы для ведения реестра банковских гарантий, утвержденных приказом Минфина России от 18 декабря 2013 г. N 126н).
При этом во исполнение пункта 7 части 2 статьи 45 Закона N 44-ФЗ Постановлением N 1005 утвержден Перечень документов, представляемых клиентом в банк одновременно с требованием об уплате денежной суммы по договору банковская гарантия. Названный перечень не предусматривает предоставление бенефициаром оригинала банковской гарантии, составленной на бумажном носителе, при предъявлении платежного требования. По смыслу Постановления №1005 такой оригинал не является обязательным документом, отсутствие которого позволяет банку не производить платеж.
При таких обстоятельствах условие рассматриваемой банковской гарантии о необходимости приложения к требованию об оплате оригинала бумажной гарантии ничтожно, так как противоречит существу законодательного регулирования в сфере исполнения государственных контрактов, заключенных на электронных торгах, на основании признания электронного документооборота (ст. 168 ГК, п. 74 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами отдельных положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").
Поскольку банк является субъектом, осуществляющим профессиональную деятельность на рынке предоставления обеспечения по государственным контрактам, он зарегистрирован на официальном сайте в установленном порядке для осуществления такой деятельности, и регулярно осуществляет соответствующую деятельность для получения прибыли, им была бы предоставлена банковская гарантия без включения нулевой части (ст. 180 ГК).
Значением по умолчанию для банковской гарантии является готовность банка осуществить соответствующую одностороннюю сделку. Поскольку банк, используя государственную информационную систему, выразил готовность выдать банковскую гарантию (в нее были включены все сведения о гарантии в госреестре, которые находятся в открытом доступе), им был создан электронный образ банковской гарантии, выполненный на бумажном носителе (при сканировании с сохранением всех реквизитов), подписал это изображение усиленной электронной подписью и отправил его через систему электронного документооборота, тем самым приблизив его к бенефициару), и впоследствии не отрицал факт выдачи банковской гарантии, суды не имели права не признавать юридическую силу волеизъявления банка, подтвержденного его собственными электронными сообщениями.
Что касается выводов суда первой инстанции о необходимости доказывания понесенных менеджментом убытков, коллегия судей указывает на следующее.
Согласно статье 370 ГК РФ обязательство гаранта перед бенефициаром, предусмотренное банковской гарантией, не зависит в отношениях между ними от основного обязательства по его исполнению, хотя гарантия содержит указание на это обязательство.
В этом случае гарантия содержит перечень документов, прилагаемых к требованию бенефициара. В этот перечень не включены документы, свидетельствующие о понесенных государственном заказчике убытках. Единственной обязанностью бенефициара было указать в иске, в чем именно заключалось нарушение (ненадлежащее исполнение) обязательств по госконтракту со стороны принципала. Руководство сослалось на такие обстоятельства. Кроме того, в соответствии с условиями гарантии Управление также представило документ, который, как представляется, представлял собой оценку сумм, подлежащих выплате по гарантии.
Следовательно, места для освобождения банка от платежа по правилам пункта 1 статьи 376 ГК РФ не было.
При этом, кроме доводов о необходимости предоставления руководством оригинала банковской гарантии и обоснования убытков, банк выдвинул и другие возражения.
Нарушения законодательства, допущенные судами, являются значительными, без их устранения невозможно восстановление и защита законных прав и интересов администрации, в связи с решением суда первой инстанции, решениями апелляционных и приговор отменить на основании части 1 статьи 291.11 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дело: направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции.
Руководствуясь статьями 291.11-291.14 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации определила:
Определение Арбитражного суда города Москвы от 13 ноября 2015 г по делу N А40-71267/2015, решение Девятого арбитражного апелляционного суда от 16 февраля 2016 г и решение Арбитражного суда г. Москвы округа от 25 апреля 2016 года по тому же делу отменяются.
Направить дело на новое рассмотрение в Арбитражный суд г. Москвы.
Настоящее определение вступает в силу со дня его вынесения и может быть обжаловано в порядке надзора в Верховный Суд Российской Федерации в трехмесячный срок.
| Председательствующий судья | И. В. Разумов |
| Судить | И А. Букина |
| Судить | С. В. Самуэлов |
В частности, правоохранительные органы и коммерческие структуры трактуют порядок определения срока действия банковской гарантии далеко не однозначно. Статья 378 ГК РФ предусматривает, что обязательство гаранта перед бенефициаром по гарантии погашается уплатой бенефициару суммы, на которую выдана гарантия, и по истечении срока, указанного в гарантии, для которого он был выпущен. В соответствии с этим недобросовестные участники гражданско-правовых отношений потенциально имеют возможность не исполнять свои обязательства по договору, ссылаясь на неверное указание условий. Classicmoment. ru Со своей стороны, Высший Арбитражный Суд Российской Федерации обращает внимание на то, что ГК РФ не требует, чтобы срок, на который выдается гарантия, был равен или превышал срок исполнения обязательства, гарантируемого гарантией. Следовательно, правоприменители не вправе оценивать действительность соответствующих сделок исключительно с точки зрения наличия или отсутствия защитного признака. Эта позиция поддерживается и закрепленным в гражданском законодательстве принципом свободы заключения договора. Таким образом, выдавая и принимая гарантию, гарант и бенефициар действуют по своей воле и в своем интересе, поскольку они свободны в установлении своих гражданских прав и обязанностей..
